ДИАГНОСТИКА И КОРРЕКЦИЯ РОЛЕВЫХ КОНФЛИКТОВ

П. П. Горностай

Журнал практического психолога.- 1999.- N 1.- С. 44-51.

 

В психологии ролевых конфликтов наблюдается огромная диспропорция между широким распространением явления в повседневной жизни и почти полным отсутствием отечественных научно-практических разработок в этой области.

Ролевой конфликт, если воспользоваться определением одного из ведущих специалистов в области ролевых теорий Брюса Биддла, это "любое из нескольких возможных относительно продолжительных несоответствий между элементами ролей, проявляемых людьми в социальной ситуации, которые приводят к проблемам для одного или большего числа этих людей как индивидуумов" (Biddl et al., 1960, p. 32). Это достаточно широкое определение, охватывающее большой круг противоречий в такой важной форме социального поведения личности, как ролевое поведение.

Ролевые конфликты различных форм и типов встречаются везде: в семейных отношениях, в системе образования и подготовки кадров, практически на всех уровнях профессиональной структуры (от производственных коллективов до управленческих звеньев), даже в политическом устройстве общества. Современный социальный и экономический кризис и трудности переходной эпохи усугубили и без того запутанную систему социально-психологических ролей, существенно трансформировав старые и добавив совершенно новые, нетрадиционные для советского общества роли. Это привело к резкому усложнению функционирования этих ролей, к усилению ролевой неоднозначности, возрастанию всевозможных противоречий между ролями и компонентами их структуры.

Несмотря на такое обилие проблем, вопросам ролевых конфликтов в отечественной социологической и, особенно, психологической литературе уделяется явно недостаточное внимание. Публикации, посвященные практике работы с ролевыми конфликтами, можно пересчитать на пальцах. Почти нет диагностических методик исследования параметров ролевого конфликта и основных его видов. Существует лишь несколько опросников изучения ролевого поведения в семье, которые можно косвенно использовать для диагностики семейно-ролевых конфликтов, например, "Распределение ролей в семье" (см. Алешина и др., 1987), "Ролевые ожидания и притязания в браке", да разрабатываемая С. И. Ериной "Шкала ролевого конфликта", упоминание о которой промелькнуло несколько лет назад. Эти и некоторые другие тесты подобной направленности, естественно, не могут охватить всех аспектов этой проблемы.

Западные традиции исследования ролевых конфликтов намного богаче отечественных. Они берут свое начало с 20-30-х годов и опираются на такие известные теории ролей как символический интеракционизм Дж.Мида и психодрама Я.Л.Морено. Более поздние исследования в этом направлении приобретают явно выраженную прикладную направленность и, базируясь на различных эмпирических моделях, отвечают на многочисленные запросы практики. А начиная с 70-х годов идет активная разработка психодиагностического инструментария (см. Горностай, 1997).

В зарубежной литературе проблема ролевых конфликтов рассматриваются в более широком плане - в контексте проблем ролевого стресса. Как правило, обсуждаются такие 3 вида ролевых стрессов: ролевая неоднозначность, ролевой конфликт и ролевая перегрузка. Два первых понятия считаются основными в описании ролевого взаимодействия, им посвящено наибольшее количество психодиагностических исследований. Понятие ролевой перегрузки связано с еще одним, также нетрадиционным для отечественных эмпирических исследований, явлением эмоционального "сгорания" (burnout) человека.

В теории ролевых конфликтов важное место занимает вопрос о типологии, которая задает ориентиры для практической работы. Обобщая данные исследований (Лейтц, 1994; Biddl et al., 1960; Gross et al., 1957; Kahn et al., 1964; Stryker & Macke, 1978), в которых изучается структура ролевого взаимодействия и типы ролевых конфликтов (в разных источниках их насчитывается от 4 до 16 типов), можно сделать вывод, что конфликты возникают из противоречий между тремя группами факторов: а) организационными (ролевыми предписаниями, или социально заданными ролевыми позициями); б) межличностными (стилем взаимодействия, взаимными ролевыми ожиданиями); в) личностными (мотивами, ценностями, опасениями, Я-концепцией человека).

В целом, все ролевые конфликты можно разделить на две большие группы: 1) внешние, или межличностные (зависящие от объективных характеристик - реальных ролевых ожиданий, ролевого поведения, ролевых норм и т.п.); 2) внутренние, или внутриличностные (зависящие от компонентов когнитивной структуры индивида, например, его представлений о ролевых ожиданиях). В некоторых источниках рассматриваются понятия объективного и субъективного ролевого конфликта.

Внешние и внутренние конфликты могут переходить друг в друга. Поддаваясь групповому давлению и изменяя свое ролевое поведение на социально желательное, человек "загоняет" конфликт вовнутрь. Наоборот, если он начинает строить свое поведение в соответствии с собственной Я-концепцией и по внутреннему побуждению "сбрасывает" с себя неугодную роль, то внутренний конфликт переходит во внешний.

Существует личностная предрасположенность к предпочтению конфликтов того или иного вида. Так, конформные и гиперсоциализированные личности чаще тяготеют к внутреннему ролевому конфликту, что по сути является невротическим реагированием на ситуацию. Личности, отличающиеся психопатической дезадаптацией, наоборот, склонны к внешнему. Следует отметить, что для здоровья личности внутренние конфликты являются более опасными, так как часто становятся причиной неврозов или психосоматозов.

Проблема ролевых конфликтов при ее более глубоком анализе оказывается гораздо шире того аспекта, который связан с проблемами ролевого поведения и межличностных отношений. Ролевые конфликты теснейшим образом связаны с ролевым развитием личности, которое является важнейшей составляющей социализации личности на протяжении практически всего процесса онтогенеза человека. Противоречия ролевого развития могут проявляться в форме жизненных кризисов разной степени остроты и сложности.

Изучение жизненных кризисов в контексте ролевых теорий заставляет ввести понятие жизненной роли. Ее особенность, в отличие от большинства социальных ролей, заключается в достаточно глубокой вовлеченности в процесс бытия человека. Жизненные роли тесно связаны с глубинной структурой личности человека и являются по сути одними из форм ее бытия. Примерами жизненных ролей могут быть роли отца, матери, дочери, сына, а также половые роли, которые наиболее онтологически связаны с сущностными основаниями личности.

Жизненные роли могут функционировать с большими противоречиями, создавая ситуации ролевых конфликтов. Например, такое противоречие половой роли, как транссексуализм можно рассматривать как ролевой конфликт между социально заданной моделью роли, определяемой биологическим полом, ролевыми ожиданиями со стороны социума и поло-ролевым самосознанием или Я-концепцией человека. Тот факт, что часто существуют даже медицинские показания для оперативного изменения биологического пола говорит в пользу глубокой связи половой роли (которая оказывается онтологически важнее, чем данный природой биологический пол) с сущностными основаниями личности.

Жизненный кризис всегда сопровождается сменой жизненных ролей человека, разрушением старых и появлением новых ролей. Эта смена далеко не всегда происходит безболезненно, часто возникают противоречия, невозможность избавиться от старой роли или трудности принятия новой, что создает дополнительные трудности протекания кризиса. Трактовка жизненного кризиса как ролевого конфликта (все его признаки есть в наличии) дает дополнительные средства психологической помощи человеку в кризисной ситуации. Способствование гармоническому принятию жизненных ролей позволяет снизить остроту кризиса и облегчить поиск путей выхода из него.

Психодиагностическое изучение ролевых конфликтов началось примерно около трех десятилетий назад, что намного меньше по сравнению с другими отраслями экспериментальной и прикладной психологии. Одной из первых была создана тестовая методика Шкала Ролевого Конфликта (the Role Conflict Scale), которая позволяла изучать и измерять ролевой конфликт и ролевую неоднозначность в сложных организациях (Rizzo et al, 1970). Его применение дает возможность прогнозировать склонность работника покидать организацию в результате ролевого конфликта, который связан с организационной и руководящей практикой и поведением лидера.

Это тест в настоящее время приобрел наибольшее распространение среди инструментов подобного рода, на его использовании построено много исследований с использованием факторного анализа и других статистических методов. В частности, было показало, что данный тест не репрезентирует ролевой конфликт и неоднозначность роли как две факторно независимых конструкции, хотя и не доказывает их тождества. В то же время эти шкалы имеют достаточную дискриминантную валидность, что дает основание считать их самостоятельными психологическими параметрами.

Не менее интересным, но не таким распространенным в литературе является созданный испанскими психологами Опросник Ролевого Конфликта (the Role Conflict Questionnaire) созданный для измерения конфликтов, пережитых в исполнении роли (см.: Peiro et al, 1987b). Этот тест создан на несколько других теоретических позициях, чем предыдущий. Понятие "роль" определяется как кластер социально и организационно определенного индивидуального поведения, как взаимные наборы ролевых ожиданий, адресованных друг другу инициатором ролевого взаимодействия и человеком, на которого это взаимодействие направлено.

Ролевой конфликт определяется как несоответствие между ожиданиями, связанными с ролью, и фактическими переживаниями ролевой обязанности, то есть взаимная информация, которую получают партнеры по взаимодействию является либо действительно объективно несовместимой, либо выглядит такой из-за дисфункциональных процессов коммуникации. В силу этих особенностей авторы различают объективный и субъективный ролевой конфликт. С помощью факторного анализа выявлено 5 факторов: ролевой конфликт цели ресурса, включая конфликт из-за отсутствия времени (ролевую перегрузку) и других важных ресурсов; общий межличностный ролевой конфликт; иерархический межличностный ролевой конфликт; личностно-ролевой конфликт адресованный к уровню ответственности и власти; личностно-ролевой конфликт адресованный к работе.

Тем же коллективом авторов была разработана тестовая методика для измерения переживания ролевой неоднозначности в поведении принятия роли - Генеральный Опросник Ролевой Неоднозначности (the Role-Ambiguity General Questionnaire) для организационных назначений (Peiro et al, 1987a). Опросник с 24 показателями оценивает 5 факторов: неоднозначность, связанную с позицией работы; неоднозначность, связанную с исполнением работы; неоднозначность, связанную со значимыми ожиданиями других и оценками; неоднозначность, связанную с организационными целями и страховыми полисами; неоднозначность, связанную с работой и социальными правами.

Специфическим предметом в изучении ролевых конфликтов являются поло-ролевые конфликты. Среди тестовых методик их изучения одной из наиболее распространенных является Шкала Поло-ролевого Конфликта (Gender Role Conflict Scale). По мнению авторов методики (O'Neil et al, 1986), поло-ролевой конфликт существует, когда половые роли имеют негативные последствия для людей. Опросник состоит из 2-х частей, которые измеряют соответственно по 4 значимых фактора. 1 часть: успех, сила, компетентность; сдерживаемая эмоциональность; сдерживаемое любящее поведение между мужчинами; конфликт между работой и семейными отношениями. 2 часть: успех, сила, компетентность; гомофобия; недостаток эмоционального ответа; общественное затруднения из-за поло-ролевой девиации.

Кроме описанных тестов существует еще много интересных работ, которые невозможно охватить в небольшой статье. К сожалению, практически все зарубежные методики изучения ролевых конфликтов недоступны для большинства отечественных психологов. Однако в практике психологического консультирования (где в общем то не часто пользуются стандартизированными тестами) можно определять актуальные ролевые конфликты по косвенным признакам, анализируя содержание консультативной беседы. Анализ литературы по ролевым конфликтам (в том числе и психодиагностической) и собственного опыта автора позволяет выделить несколько наиболее распространенных особенностей психологических ситуаций, в которых диагностируется ролевой конфликт или другие формы ролевого стресса. В скобках приведены некоторые из типичных высказываний, которые могут встречаться в рассказах клиентов:

1. Непринятие ролевого поведения других людей ("Он (она) не такой, каким должен быть"; "Не выполняет свои обязанности"; "Не делает элементарного"; "Вначале он показался мне идеальным мужчиной, слишком поздно я поняла, что он не такой").

2. Непринятие собственного ролевого поведения другими ("Я стараюсь быть идеальной женой, а ему я интересна только в постели"; "Я все делал правильно, непонятно, почему это их не устраивает"; "Она не может мне простить, что я не такой, как ее отец").

3. Невозможность одновременно удовлетворить ожидания разных людей ("Не могу угодить всем"; "Нужно выбирать: либо нравиться учителям, либо - одноклассникам"; "Каждый видит мою роль по-своему, а я не знаю, кто из них прав").

4. Невозможность выполнять роль, которая не соответствует своей Я-концепции ("Всегда чувствую себя "не в своей тарелке""; "Не нашел своего призвания"; "Не могу больше быть таким, каким меня хотят видеть"; "Сел не в свои сани"; "Попал в чужую колею").

5. Несовместимость различных ролей ("Не могу быть одновременно и тем, и этим"; "В моей ситуации быть хорошим работником, значит быть плохой матерью"; "Постепенно моя работа "съела" все остальные мои занятия, и сейчас я об этом очень жалею").

6. Противоречивость или несовместимость различных требований к выполнению какой-либо роли (ролевая неоднозначность) ("Моя работа - сплошная неопределенность, всегда можно найти, за что ругать"; "Когда невозможно выполнить все требования, тогда хорошим будут считать лишь послушного").

7. Недостаточность ресурсов для выполнения какой-либо роли (ролевая перегрузка) ("Если бы мне хватало времени, разве я могла бы так плохо выполнить эту работу"; "Со временем наступила эмоциональная усталость, и работа пошла на спад"; "Мне не хватает сил любить ее так как прежде").

Ролевой конфликт не всегда бывает явным. Возможны варианты скрытых, потенциальных ролевых конфликтов. Для их выявления нужно прогнозировать развитие консультативной ситуации, анализировать тенденции ролевого поведения, ролевые стереотипы и установки клиента. Эта задача довольно сложная, она требует достаточного консультативного опыта и развитой профессиональной интуиции.

Психокоррекция ролевых конфликтов состоит в устранении острых противоречий между факторами ролевого поведения личности, или, по крайней мере, их ослаблении и уменьшении их деструктивного влияния на личность. Разрешение ролевого конфликта часто сопряжено с личностным выбором: между значимыми людьми, экспектации которых несовместимы; между несовместимыми ролями; между собой и окружающими (между внутренним и внешним ролевым конфликтом. Иногда нужно внутренний конфликт перевести во внешний, а далее производить его коррекцию, используя различные прямые и косвенные методы угашения конфликта.

Следует помнить, что далеко не самым легким способом разрешения внешнего ролевого конфликта является попытка решить его "в лоб": изменить (переломить) ролевые ожидания группы, навязать ей свое новое ролевое поведение. Сделать это очень непросто, особенно если личность остается в прежнем официальном статусе, ибо ролевые ожидания имеют инерцию, и группа будет стараться "вернуть" человека в старую роль.

Наиболее эффективный способ устранения внешнего ролевого конфликта - "разрушить ситуацию": уйти из группы, изменить социальное окружение и т.д. Именно поэтому, тем, кто хочет "начать новую жизнь", следовало бы не только принять на себя новые роли, но и по возможности сменить группы общения, в которых сформировать новые ожидания по отношению к себе (зарекомендовать себя).

Бывают случаи (в последнее время значительно участившиеся), когда люди, переживающие хронический ролевой конфликт, прибегают к эмиграции, переезжая в новые города или страны. Часто это помогает устранить психологический дискомфорт, "найти себя". Иногда, правда, это создает новые трудности, ведь маргинальная личность (а таких очень много среди эмигрантов) всегда переживает социально-ролевой конфликт. Во многих странах создаются специальные психологические службы для эмигрантов, помогающие им в процессе социальной адаптации.

Одним из вариантов "разрушения ситуации" (который часто избирается людьми стихийно, без участия психотерапевта) является изоляция от социума, навязывающего личности нежелательные роли, поиск "экологической ниши" для своей деятельности. Возможна и полная изоляция, фактически, "бегство из роли": отшельничество, уход в монастырь и т.п. Своеобразным способом такого бегства является алкоголизм и наркомания. Еще один способ изоляции от общества - уход в себя, в свой внутренний мир при помощи творчества, увлечения (от хобби до веры в бога). Такой способ устранения ролевого конфликта с обществом получил в 60-е годы в среде диссидентов название "внутренней эмиграции".

Иногда ролевые ожидания являются искаженным отражением истинных экспектаций социума, то есть те требования, которые группа якобы предъявляет к ролевому поведению человека, оказываются "придуманными" им самим. При такой гиперсоциализации (если это, конечно, не клинический случай паранойи) нужна психокоррекция представлений субъекта о ролевых ожиданиях. Очень эффективной в этом случае оказывается переориентация клиента на внутренние ценности и снижение значимости внешних оценок.

Если представления о ролевых ожиданиях других все же адекватны, и человек не может ни поменять группу, ни повлиять на ее ролевые ожидания, а постоянное подавление своего поведения ведет к внутреннему ролевому конфликту и к невротизации личности, можно попытаться скорректировать ролевую Я-концепцию человека, сформировать ролевые переживания, которые всегда сопровождают исполнение человеком любой роли. Цель такого влияния - научиться принять собственную роль, которая до этого активно отвергалась.

Для преодоления ролевых конфликтов часто нужна взаимная коррекция ролевых ожиданий индивида и группы или партнеров по общению. Такая помощь актуальна, например, в семейных отношениях, когда возникает ролевая несовместимость супругов или родителей и детей. Это ведет к взаимному принятию ролей других людей, то есть принятию каждого человека таким, какой он есть. Последнее условие особенно важно, ибо непринятие человека и его ролей - это одна из основных причин возникновения всех ролевых конфликтов.

Разумеется, данную статью никак нельзя считать исчерпывающей в решении проблемы диагностики и коррекции ролевых конфликтов. Работа только начинается. В настоящее время автором осуществляется перевод и адаптация описанных в статье методик и разработка новых диагностических инструментов, касающихся личностных особенностей ролевого поведения и ролевых конфликтов. Надеюсь, что через некоторое время они появятся в печати, возможно даже на страницах этого журнала.

 

Литература

 

К общему списку публикаций

 

Назад