Проблема группового бессознательного в социальной психологии

П. П. Горностай

Наукові студії із соціальної та політичної психології. - Вип. 18(21). – К., 2007. – С. 30-39.

 

Постановка проблемы. Исследование коллективных феноменов психики является нетрадиционным для социальной психологии, несмотря на то, что понятия «коллективное сознание», «коллективное бессознательное», «коллективный субъект», «коллективная психика» встречаются в социально-психологической литературе довольно часто. Идеи, касающиеся этих феноменов, как правило, относятся к маргинальным областям психологии вообще, а не только социально-психологической парадигмы, и находятся на стыке психологии с философией, социологией, философской антропологией, культурологией и т. д. Например, теория архетипов коллективного бессознательного К. Г. Юнга родилась как синтез психоанализа и мифологии [1]. Идеи В. И. Вернадского о ноосфере (или сфере коллективного разума человечества), тоже, бесспорно, имеющие отношение к данной теме, вообще лежат на стыке естествознания и социальных наук.

Во всем возможном многообразии коллективных феноменов психики наибольший интерес в нашем контексте представляет понятие, получившее название «групповое бессознательное». Спектр социальных объектов, связанных с его проявлениями, максимально широк: от диады до всего человечества. Для диады, как минимальной социально-психологической единицы, определяющей значимые взаимоотношения, характерно особое эмоциональное поле, которое Я. Л. Морено назвал феноменом «теле» [2]. Он же вводит понятие «со-бессознательное», характеризующее общие бессознательные процессы двух и более людей, находящихся в подобной связи. Для психотерапевтической диады (психотерапевт–клиент) характерны явления переноса и контрпереноса, которые, являясь неосознанными (как это обосновано в психоанализе), бесспорно, являются феноменами группового (в данном случае – парного) бессознательного.

Идеи К. Г. Юнга об архетипах коллективного бессознательного, напротив, имеют отношение к максимально большой группе, которой является все человечество. А между полюсами этого континуума группового бессознательного находятся практически все виды больших и малых групп. Групповые бессознательные процессы, характерные для больших групп людей, рассмотрены в исследованиях Г. Лебона, С. Сигеле, З. Фрейда, В. М. Бехтерева, С. Московичи и др. [3-10]. Согласно этим результатам с личностью в толпе происходят изменения, связанные с групповым бессознательным. Человек как бы теряет собственную личность, обезличивается, и растворяется в общем бессознательном группы. Происходит не только эмоциональное заражение, но и взаимное влияние проявлений индивидуального бессознательного, например – инстинктов.

Очевидно, феномены группового бессознательного характерны для групп любого размера и уровня организации, но наиболее заметно эти процессы проявляются в развитых группах с сильными связями и взаимозависимостями. Например, семья или род представляют собой такие социальные общности, где бессознательные связи между их членами очень существенны; поэтому эти проявления группового бессознательного там наиболее отчетливы. В семейной психологии и психотерапии на феноменологическом уровне рассматриваются многие проявления группового бессознательного, например, семейные мифы, предрассудки, стереотипы. Сама идея системной семейной психотерапии заключается в допущении, что семья (и род в целом) является целостной системой, в которой функционируют коллективные психические процессы, в том числе и бессознательные. Система рода представляет собой своеобразную голограмму, в которой запечатлена информация, касающаяся этой системы, в том числе (а может быть даже – прежде всего) и бессознательная. Каждый человек (представитель рода), как кусочек этой голограммы, является носителем не только своей индивидуальной истории, но и информации рода в целом, которая может проявляться в самых невероятных формах, описанных, например, под обобщенным названием «синдром предков» [11-14]. На этих идеях строится и метод системных семейных расстановок, в котором в искусственных «лабораторных» условиях удается воссоздать систему бессознательной родовой информации и даже влиять на нее психотерапевтическими средствами [13].

В социальной психологии и социологии для характеристики таких развитых групп со значимыми психологическими связями используется понятие «группа–как–целое», характеризующее группу как единицу и субъект социального взаимодействия, как предмет и объект исследований, как систему, которая представляет собой нечто большее, чем сумма составляющих ее элементов. Как утверждал А. Синг [15], это в наибольшей мере характеризует группы двух типов: толпы и синергетические группы. Однако они сильно отличаются друг от друга: если для первых присуща деиндивидуация, то для вторых – индивидуация.

К группам второго типа вероятно можно отнести терапевтические группы или терапевтические диады (терапевт–клиент). На важность группового бессознательного в данном случае указывает трактовка контерпереноса, как процесса, в котором «бессознательное врача понимает бессознательное его пациента» [16]. Процессы группового бессознательного являются весьма выраженными и в малых профессиональных коллективах (командах). Это очень ярко видно на примере спортивной команды (в игровых видах спорта), во время результативной игры. Зрителей спортивных матчей не перестает удивлять «понимание без слов» игроками друг друга, создающее успешное командное взаимодействие в доли секунды. Оно невозможно без группового бессознательного команды, строящемся на взаимодействии бессознательного отдельных игроков. Нечто похожее может происходить и в военном подразделении в процессе успешного выполнения сложной боевой задачи. Подобные характеристики свойственны и некоторым другим группам с хорошим взаимодействием, например, тренинговым.

Цель: сформулировать проблему группового бессознательного в контексте социальной психологии и предложить рабочую концепцию: механизмы функционирования, формы проявления и методы исследования группового бессознательного.

Рабочая концепция группового бессознательного.

Идея группового бессознательного не является совершенно новой для психологической науки [см. 15, 17, 18]. Обобщая данные различных подходов и концепций, а также собственные идеи и гипотезы можно рассматривать целый ряд механизмов функционирования группового бессознательного. Групповая идентичность – один их таких механизмов – рассматривается как отождествление личностью себя со значимой для нее группой. Она связана со многими другими родственными понятиями: социальная идентичность (Г. Таджфел и Дж. Тернер [19]), ролевая идентичность (Ч. Гордон [20]) и проявляется в более частных формах: половая идентичность, гендерная идентичность, профессиональная идентичность, политическая идентичность и т. д. Согласно теории социальной идентичности в ее основе лежат процессы социальной категоризации, т. е. разделение социальных объектов на такие, с которыми личность себя отождествляет или ин-группы (in-group), и те, которые составляют группы других или аут-группы (out-group), а также процессы само-категоризации, т. е. отнесение личностью самой себя к определенной социальной категории или группе. Эта теория помогает объяснить большинство групповых процессов, таких как групповая поляризация или стереотипизация.

В современных социально-психологических исследованиях рассматривается также такое понятие, как идентичность группы (Р. Кукиер [21], В. Волкан [22]), которое не тождественно понятию «групповая идентичность» и является еще одним механизмом функционирования группового бессознательного. Идентичность группы проявляется в том, что «группа–как–целое» воспринимает себя как особое образование, отличное от других групп, имеющее атрибуты идентичности (например, флаг, герб, гимн или другие символы, выполняющие аналогичные функции), свой язык, историю. Это очень ярко видно на примере этнических групп и отчетливо проявляется в мифологии, характеризующей своеобразие данной общности. В этой связи часто рассматривают миф о «грандиозности» происхождения группы, который подчеркивает ее уникальность, «богоизбранность», превосходство над другими группами. Групповая мифология взаимосвязана с другими феноменами группового бессознательного, такими как нарциссизм группы – желание группы видеть себя лучше, чем другие аут-группы, что часто носит защитный характер; гордость группы, стремление возвеличивать собственную ин-группу и себя путем присоединения к ней. Это является причиной так называемого «группоцентризма», который на примере этнических групп хорошо известен как этноцентризм. Последний порождает такое социальное явление, как этнический терроризм, связанный с понятиями «групповая травма», «групповой гнев» и т. д.

Много неосознанных компонентов присутствует в восприятии индивидом группы, а также в восприятии группами друг друга и самих себя. Межгрупповое восприятие порождает феномен когнитивной асимметрии, как следствие группоцентризма и других проявлений идентичности группы, то есть склонность преувеличивать групповые ценности, связанные с ин-группой и преуменьшать все, что относится к аут-группам. Принадлежность группе порождает такое явление, как незримую лояльность (Бозормени-Наги [23]), проявляющуюся в таком присоединении к группе, при котором возникает желание идеализировать и оправдывать все, что к ней относится. При этом каждый член группы имеет тенденцию переживать своеобразную обязанность по отношению к группе, с которой он себя идентифицирует, груп¬повой долг, чувство благодарности группе, стремление быть похожим (тождест¬венным) на группу, на ее лидеров, на самых ярких, типичных представителей, или тех, с кем возникает наиболее тесная эмоциональная связь.

Восприятие индивидом группы связано с понятием «группового имаго» (Э. Берн [24]). Групповое имаго – это некий бессознательный образ, с помощью которого в психике (в сознании и в бессознательном) индивида отражаются особенности групповой дифференциации. Этот образ состоит из дифференцированной (состоящей из образов отдельных членов группы и ее лидера) части и недифференцированной части (недифференцированные «другие»). По мере развития группы и по мере вхождения индивида в групповую структуру происходит изменение группового имаго из аморфного и неопределенного в более структурированное и персонифицированное.

Помимо механизмов функционирования можно рассматривать своеобразные формы проявления группового бессознательного, являющиеся ее феноменологическими воплощениями. К ним мы относим, прежде всего, групповые стереотипы, групповые символы, групповые мифы, групповые установки, групповые защитные механизмы. Групповые стереотипы и предубеждения являются такой коллективной информацией, которая влияет на мнения, оценки, восприятие членами группы других людей, аут-групп и действительности в целом. Групповые стереотипы поддерживаются групповой идентичностью и лояльностью к группе. С другой стороны они порождают когнитивную асимметрию и другие искажения в восприятии представителей аут-групп вплоть до «образа врага». Большая часть этой информации неосознанна и относится к групповому бессознательному.

В групповых символах отражается обобщенное содержание, касающееся важных ключевых моментов жизни группы и людей, их составляющих. В групповых символах сосредоточены групповые ценности, образы (группы, как целого, ее лидера и основных групповых атрибутов). Символы могут быть формальными (или официальными), формализованными (т. е. частично осознанными), например – эмблема, герб, торговая марка (бренд), элементы имиджа, а могут быть и неформальными (следовательно частично или полностью неосознаваемыми). Групповыми символами могут быть любые ключевые предметы, идеи или образы, характерные для группы, «запускающие» механизмы группового бессознательного в групповом и межгрупповом взаимодействии, о которых говорилось выше.

Очень интересной формой группового бессознательного являются групповые мифы. Мифы бывают разных масштабов: от индивидуальных до коллективных (относящихся к таким большим группам, как этносы, народы и т. п.). Групповой миф – это система хорошо интегрированных верований, разделяемых группой или большинством ее членов. Эти верования частично основаны на реальных фактах, объясняя реальные события и закономерности, но в целом они могут значительно расходиться с действительностью. Они служат утверждению идентичности группы. Групповые мифы могут касаться лидеров группы, отношений в группе и между группами, социально-психологического климата в группе, групповой истории и т. д. Особенностью мифа является тот факт, что когда обнаруживается расхождение положений мифа с реальными фактами, группа склонна больше верить мифу, чем факту. Наиболее развитой и изученной формой групповых мифов является мифологической творчество больших групп людей – народов и этносов, которое стало самостоятельным феноменом культуры, как формы общественного сознания (и бессознательного). В психологии малых групп наиболее исследованы семейные мифы, хорошо иллюстрирующие описанные закономерности.

Под групповыми установками мы понимаем готовность группы к определенному типу или способу восприятия, реагирования, действования. Групповые установки следует отличать от социальных установок (аттитюдов), определяющих социальное поведение индивида, как члена группы. Групповые установки – это отношения группы–как–целого к другим большим и малым группам и к миру в целом, это регулятор групповых процессов, они определяют отношение к групповым лидерам, отверженным и другим членам группы, которое «навязывается» группой и преломляется в индивидуальном сознании и индивидуальном бессознательном каждого отдельного члена группы.

Групповые защитные механизмы по аналогии с индивидуальными защитными механизмами – это процессы трансформации информации (как сознательной, так и бессознательной), функционирующей в группе, которые происходят с целью минимизировать ее травматическую силу. Можно предположить, что существуют излюбленные для данной группы формы этой трансформации, предпочитаемые типы психологических защит. Примером может служить «забывание» специфической информации, могущей поставить под угрозу сложившееся положение дел.

В настоящее время существует ряд методов выявления, изучения и практической работы с групповым бессознательным. Одним из них является групповой психоанализ (групповая аналитическая психотерапия) [18, 25, 26]. Разработчики этого метода одними их первых использовали понятие группового бессознательного. По мнению С. Фулкса существует социальное или межличностное бессознательное, которое предшествует появлению индивидуального сознания, и которое может быть тщательно исследовано в квазилабораторной ситуации аналитической группы [18]. В работе психоаналитической группы происходят групповые переносные и контрпереносные процессы, групповая регрессия, развитие групповых бессознательных фантазий, влияющие на групповую динамику, и являющиеся факторами психотерапевтических изменений у участников группы, личностного развития и развития группы.

Другим интересным методическим подходом, опирающимся на понятие группового бессознательного, являются системная семейная терапия, особенно метод системных семейных расстановок и методы исследования трансгенерационных влияний внутри семейных систем и в более широких социальных сообществах [11-14]. Метод расстановок заключается в искусственном воссоздании (моделировании, реконструкции) семейной системы или системы рода человека с помощью участников терапевтической группы. Такое воссоздание интересно тем, что не только визуализируются все элементы системы, но и реконструируется родовое сознание и бессознательное, заставляющее участников переживать, совершать определенные действия, продиктованные не собственными мотивами участников, а побудительными причинами, связанными с изображаемыми персонажами. Системный подход приложим не только к семейным системам. Он является более универсальным и может быть применен к любым человеческим сообществам, например к сложным организациям, на чем строится метод организационных расстановок.

Третьим практическим методом, имеющим отношение к групповому бессознательному является социодрама. Метод социодрамы [27-29] призван регулировать межгрупповые и внутригрупповые конфликты, снижать социальную напряженность, влиять на групповые предубеждения, социальные страхи, трансформировать «образ врага». Социодрама, как метод действия включает в свой практический арсенал ролевые игры, эмоциональное отыгрывание, обмен групповыми ролями, групповую рефлексию. Социодраматическая работа с групповым бессознательным не только приводит к осознанию ее важных составляющих, но и к глубоким трансформациям, коренным образом влияющих на макро- и микродинамические процессы в больших и малых группах.

Выводы: Рассмотрение группового бессознательного в ракурсе изучения механизмов его функционирования, феноменов проявления и методов практической работы с ними позволяет построить целостную концепцию группового бессознательного, которая способна ответить на много теоретических и практических вопросов современной психологии малых групп. В контексте описанных феноменов и механизмов группового бессознательного могут быть проработаны следующие практические аспекты: проблемы групповой динамики (внутригрупповые и межгрупповые процессы); проблемы психологии лидера и его взаимодействия с группой; групповые травмы и их трансгенерационная передача; войны, этнический терроризм и многие другие. Данное направление фундаментальных исследований представляется достаточно перспективным.

 

Література

  1. Юнг К. Г. Психология и алхимия: Пер. с англ., лат. – М.: Рефл-бук, К.: Ваклер, 1997. – 592 с.
  2. Морено Я. Психодрама / Пер. с англ. – М.: Апрель Пресс, ЭКСМО-Пресс, 2001б. – 528 с.
  3. Бехтерев В. М. Коллективная рефлексология. – Пг.: Колос, 1921. – 432 с.
  4. Лебонъ Г. Психология народовъ и массъ: Пер. съ франц. – СПб.: Изд. Ф. Павленкова, 1896. – 329 с.
  5. Фрейд З. Массовая психология и анализ человеческого «Я» // «Я» и «Оно»: Труды разных лет. – Тбилиси: Мерани, 1991а. – Кн. 1. – С. 71–138.
  6. Фрейд З. Психоанализ. Религия. Культура: Пер. – М.: Ренессанс, 1991б. – 296 с.
  7. Фромм Э. Бегство от свободы: Пер. с англ. – М.: Прогресс, 1989. – 272 с.
  8. Психоанализ и культура: Избранные труды Карен Хорни и Эриха Фромма. – М.: Юрист, 1995. – 623 с.
  9. Kohut H. Self Psychology and the Humanities. – New York: Norton, 1985. – 290 p.
  10. Горностай П. П. Психологічний феномен «Ми» // Соціальна психологія. – 2006. – № 2. – С. 88-96.
  11. Шутценбергер А. А. Синдром предков. Трансгенерационные связи, семейные тайны, синдром годовщины, передача травм и практическое использование геносоциограммы. – М.: Изд-во Института Психотерапии, 2001. – 240 с.
  12. Теория семейных систем Мюррея Боуэна: основные понятия, методы и клиническая практика // Под редакцией К. Бейкер и А. Я. Варги. – М.: Когито-Центр, 2005. – 496 с.
  13. Хеллингер Б. Порядки любви: Разрешение системно-семейных конфликтов и противоречий. – М.: Изд-во Ин-та психотерапии, 2001. – 400 с.
  14. Наор Я. Театр Холокоста // Психодрама и современная психотерапия. – 2005. – № 4. – С. 15-30.
  15. Singh A. The Group Unconscious: A Synthesis Paper // http://www.johnniemoore.com/blog/archives/synthesis.pdf
  16. Heimann, P. On Countertransference // The International Journal of Psychoanalysis 1950, 31. – P. 81-84.
  17. Wells L., Jr. Feedback, the Group Unconscious, and the Unstated Effects of Experimental Methods // The Journal of Applied Behavioral Science, 1992, Vol. 28, No. 1, P. 46-53.
  18. Foulkes S. H. Gruppenanalytische Psychotherapie. – Munchen: Kindler, 1974.
  19. Robinson W. P. (Ed.) Social groups and identities: developing the legacy of Henri Tajfel. – Oxford: Butterworth-Heinemann, 1996. – 386 p.
  20. Gordon Ch. Development of evaluated role identities // Annual Review of Sociology. – 1976. – V. 2. – P. 405–433.
  21. Кукиер Р. Психодрама Человечества. Действительно ли это утопия? // Психодрама и современная психотерапия. – 2004. – № 4. – С. 29–42.
  22. Volkan V. Bloodlines: from ethnic pride to ethnic terrorism. – New York: Farrar, Straus and Giroux, 1997. – 280 p.
  23. Boszormenyi-Nagy I. Invisible Loyalties: Reciprocity in Intergenerational Family Therapy. – Brunner/Mazel, U.S.A., 1984.
  24. Берн Э. Групповая психотерапия: Пер. с англ. – М.: Академический Проект, 2000. – 464 с.
  25. ван Вик Ю. Е. Действующие факторы групповой аналитической терапии // Психоаналитический журнал Харьковского областного психоаналитического общества. – 2001. – № 2. – С. 57-80.
  26. Яценко Т. С. Основи глибинної психокорекції: феноменологія, теорія і практика. – К.: Вища школа, 2006. – 382 с.
  27. Келлерман П. Ф. Социодрама // Психодрама и современная психотерапия. – 2004. – № 4. – С. 7–21.
  28. Kellermann N. P. F. (2000). Transmission of Holocaust Trauma. – National Israeli Center for Psychosocial Support of Survivors of the Holocaust and the Second Generation // http://peterfelix.tripod.com/home/trans.htm
  29. Moreno J. L. Who shall survive? A new approach to the problem of human interrelations. – Washington, DC: Nervous and Mental Disease Publishing Company, 1934. – 440 p.

 


Резюме

Резюме: У статті ставиться проблема групового несвідомого як сукупності несвідомих процесів учасників малої групи. Розглядаються такі механізми функціонування групового несвідомого, як групова ідентичність, ідентичність групи, гордість групи, нарцисизм групи, групоцентризм, незрима лояльність, когнітивна асиметрія у сприйнятті груп, групове імаго, а також форми прояву групового несвідомого: групові стереотипи та упередження, групові символи, групові міфи, групові настановлення, групові захисні механізми. Робиться наголос на методах вивчення групового несвідомого, насамперед, на груповому психоаналізі (груповій аналітичній психотерапії), системній сімейній терапії, соціодрамі.
Ключові слова: механізми функціонування групового несвідомого, феномени групового несвідомого, групова ідентичність, групова динаміка, методи практичної роботи із груповим несвідомим.

Резюме

Резюме: В статье ставится проблема группового бессознательного как совокупности бессознательных процессов участников малой группы. Рассматриваются такие механизмы функционирования группового бессознательного, как групповая идентичность, идентичность группы, гордость группы, нарциссизм группы, группоцентризм, незримая лояльность, когнитивная асимметрия в восприятии групп, групповое имаго, а также формы проявления группового бессознательного: групповые стереотипы и предубеждения, групповые символы, групповые мифы, групповые установки, групповые защитные механизмы. Делается ударение на методах изучения группового бессознательного, прежде всего, на групповом психоанализе (групповой аналитической психотерапии), системной семейной терапии, социодраме.
Ключевые слова: механизмы функционирования группового бессознательного, феномены группового бессознательного, групповая идентичность, групповая динамика, методы практической работы с групповым бессознательным.

Summary

Summary: That article is devoted to the problem of group unconscious as a set of group participants’ small unconscious processes. The author suggests to study such mechanisms of group unconscious functioning, as group identity, identity of group, pride of group, group narcissism, group-centrism, invisible loyalty, cognitive asymmetry in perception of groups, group imago, and also forms of display of group unconscious: group stereotypes and prejudices, group symbols, group myths, group attitudes, group defense mechanisms. Such methods of studying of group unconscious, first of all, group analytic therapy, system family therapy, sociodrama are considered in the article.
Key words: mechanisms of group unconscious, phenomena of group unconscious, group identity, group dynamics, practical methods of a study of group unconscious.


 

К общему списку публикаций

 

Назад