«Парадоксальный семейный баланс» как условие равновесия в проблемных семьях

П. П. Горностай

Психологічні перспективи: 2010, Спецвипуск. - С. 34-41.

 

Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему.
Л. Н. Толстой

Проблема. Классик литературы был прав в том, что для исследования проблем дисгармоничных семей в каждом конкретном случае необходим свой особый подход. Причины этих трудностей и конфликтов могут быть самые разные, иногда – совершенно неповторимые и уникальные. В то же время, системный семейный подход как научное направление исследует общие закономерности семейных дисгармоний, лежащих в основе неблагополучных отношений в семье. Одна из таких закономерностей рассматривается в данной статье: обобщая теоретический материал и практические наработки, мы предлагаем модель «парадоксального семейного баланса» как характеристику проблемно-стабильных семей. Она позволяет объяснить устойчивость конфликтных и дисгармоничных семейных отношений, «сохранение», своего рода консервацию проблемы, без каких-либо усилий и намерений эту дисгармонию преодолеть.

Как и большинство дисфункциональных семей, проблемно-стабильные семьи отличаются многими особенностями. В них происходит неравномерное распределение разных форм структурирования времени (по Э. Берну, [1]): преобладают ритуалы, времяпрепровождение и игры, но не хватает близости, доверия и творческой деятельности (то есть, дефицит одних форм компенсируется избытком других). Использование тактики «ухода» как средства манипуляции является излюбленной формой «выхода» из конфликтов, которая на самом деле лишь замораживает проблему и не оставляет никаких шансов для отреагирования. В межличностных отношениях в проблемно-стабильных семьях часто проявляются неконструктивные психологические роли. Происходит застревание в детско-родительских ролях и отношениях при нехватке «взрослых» ролей и состояний (то есть наблюдается избыток одних ролей и дефицит других). Может также происходить своеобразная инверсия «мужских» и «женских» ролей у супругов [2].

В то же время, для такого типа семей характерны специфические особенности, которые являются условием стабильности конфликтных (иногда в высшей степени) отношений, которые, казалось бы, должны привести к неминуемому разрыву. Анализ этих особенностей и стал предметом нашего рассмотрения.

Цель статьи: эмпирико-теоретическая характеристика модели «парадоксального семейного баланса» как фактора осуществления стабильности в некоторых типах проблемных семей.

Теория и практика семейной психотерапии уделяет большое внимание проблеме дисгармоничных и дисфункциональных семей [3–8]. Рассматривая разные типы проблемных семей, их можно условно разделить на три типа по уровню проблемности: 1) гармонично-стабильные – семьи, в которых, хоть и происходят конфликты и другие нарушения семейной гармонии, но они носят ситуативный характер и успешно преодолеваются всеми членами семьи; 2) проблемно-стабильные – семьи, которые постоянно конфликтуют или находятся в хронически дисгармоничном состоянии, но в то же время отличаются внешней стабильностью в течение длительного времени; 3) распадающиеся – семьи, в которых конфликтные отношения становятся причиной разрыва семейных связей.

Предметом нашего внимания является второй тип, то есть, такие проблемные семьи, которые, несмотря на конфликты и неурядицы представляют собой образец стабильности и прочности. Они не распадаются, несмотря на то, что все члены семьи страдают от нарушенной гармонии отношений, они не могут изменить ситуацию к лучшему, и в то же время не могут прекратить отношения, давно ставшие порочными и порой приносящими настоящие психологические страдания.

В таких семьях устанавливается своеобразный баланс отношений, который является основой стабильности, и который мы назвали «парадоксальным», в силу того, что он основывается не на истинном равновесии и сбалансированности интересов всех членов семьи, а на своеобразном «уравновешивании крайностей». Для него характерна весьма большая амплитуда разброса истинных интересов, чувств, представлений и форм поведения людей, которые входят в эту дисгармоничную семейную систему. Таким образом, парадоксальный семейный баланс выступает своеобразной формой стабилизации проблемных семей.

Существует ряд особенностей парадоксального семейного баланса, характерных для таких проблемно-стабильных семей, среди которых мы выделяем семь на наш взгляд важнейших:

1. Локус жалобы. Представители проблемно-стабильных семей редко связывают семейные проблемы с собой или своим поведением. Приходя на психологическую консультацию, они хорошо понимают, что в их семье есть проблемы, но когда о них заходит речь, они склонны жаловаться на других, а не на себя, то есть, как правило, имеют внешний локус жалоб. Типичными высказываниями являются: «У меня нет проблем. Проблемы у кого-то другого (мужа, ребенка). Он (она) должны измениться (исправиться, покаяться, вылечиться и т. п.). А со мной все в порядке». Парадоксальный баланс здесь проявляется в том, что преувеличение проблем других (вплоть до объявления других членов семьи больными) сопровождается обесцениванием собственных проблем (вплоть до полного их отрицания).

2. Система коммуникации. Для описываемых семей характерна давно нарушенная система коммуникации. Во взаимоотношениях проявляется большое количество негативной эмоциональной энергии и одновременно существует много подавленных и невыраженных эмоций и чувств. Для практики злоупотребления и одновременного подавления эмоциональной сферы весьма характерным является низкий уровень так называемой «эмоциональной грамотности» (К. Штайнер [9]). Здесь парадоксальный баланс уравновешивает подавление и злоупотребление эмоций, проявляемые чувства не являются искренними, а носят так называемый «рэкетный» характер.

3. Внутрисемейная перцепция. Для проблемно-стабильных семей характерно восприятие друг друга не такими, какими они есть. И здесь тоже прослеживается тенденция уравновешивания крайностей. С одной стороны – члены семьи склонны неадекватно считать друг друга хуже, чем они есть на самом деле, приписывать партнеру негативные мотивы поступков, вплоть до формирования образа врага, что вызвано негативным эмоциональным отношением к нему. С другой стороны – существует масса нереальных завышенных ожиданий, в силу которых они хотят воспринимать друг друга такими, какими они «должны быть», а не такими, какими они есть на самом деле. Происходит парадоксальное балансирование на крайностях, когда восприятие поочередно «отклоняется» то в сторону занижения оценки партнера по семейному взаимодействию, то в сторону завышения ожиданий к нему. Это сопровождается нежеланием принимать друг друга такими, какие они есть. Семейные мифы, как способ ухода от реальности, часто становятся своеобразной заменой реального восприятия семейной жизни. У каждого члена семьи есть много жалоб на негативные события, которые все же не связываются с собственными проблемами.

4. Проблема ответственности. В проблемно-стабильных семьях происходит неконструктивное распределение ответственности. Например, взрослые берут на себя лишнюю ответственность за детей, а дети не несут необходимой ответственности за себя. В то же время все «хотят» иного распределения ответственности, но не могут (а на поверку – не хотят) этого, потому что в таких семьях остро не хватает доверия. Это иллюстрируется «шутливой» клиентской фразой: «Я заставлю вас быть спонтанными». Одни (например, взрослые) на сознательном уровне хотят передать ответственность, а на подсознательном боятся утратить контроль. Другие (например, дети) на сознательном уровне хотят взять ответственность, а на подсознательном боятся потерять выгоду от ее отсутствия. Такое соотношение не обязательно выстраивается между взрослыми и детьми, оно характерно и для отношений взрослых членов семьи, между которыми формируется нездоровый симбиоз. Примерами могут служить не только симбиотические отношения между взрослыми детьми и их родителями, но и, например, случаи алкогольной зависимости одного из супругов и созависимости другого. Таким образом, в подобных семейных отношениях наблюдается парадоксальный баланс «гиперответственности-безответственности»

5. Психологические защиты. В процессе коммуникации в проблемно-стабильных семьях используется большое количество психологических защит. Изменение содержания сознания, характерное для большинства защитных механизмов, становится нормой вместо открытого принятия истины, которая может быть в чем-то неприятной. Злоупотребление защитами приводит к тому, что ими начинают пользоваться даже тогда, когда самой подходящей формой общения должна становиться близость. Метафора: «Заниматься любовью в бронежилете». В то же самое время, для таких отношений характерна большая ранимость ее участников и использование слабых сторон и уязвимых мест друг друга, чтобы причинить боль. Конфликтующие часто действуют в обход хорошо известных психологических защит партнера, умышленно нацеливая воздействия на его болевые точки. Вследствие такого построения коммуникации происходит парадоксальный баланс «защищенности-незащищенности».

6. Родительские сценарии. В семейной психологии и психотерапии большое значение уделяется наследованию родительских сценариев, которые в значительной степени влияют на формирование сценариев новых поколений. В транзактной традиции человек считается автономным и гармоничным, если он в меньшей степени связан со своим сценарием и может принимать решения исходя из собственных интересов и анализа ситуации, в которой он сейчас находится. Проблемный человек – это человек зависимый от своего сценария.

Для проблемно-стабильных семей характерны два варианта наследования родительских сценариев: прямой (сценарий) и противоположный (антисценарий). Сценарий формируется в условиях сильной неосознаваемой лояльности детей к семье (термин И. Бузормени-Надя [10]). У детей, в данном случае преобладает эго-состояние «Адаптивного Ребенка». При этом возможно сценарное повторение травматизма, вредных привычек, болезней, типов семейных отношений (в том числе и дисгармоничных) в своей собственной судьбе, то есть то, что А. А. Шутценбергер назвала синдромом «семейных повторений» [11].

Антисценарий формируется, когда происходит частичное осознавание неконструктивных родительских ролей и сценариев (но не на взрослом уровне, а на детском, характерном для эго-состояния «Бунтующего Ребенка»), и возникает сильное нежелание все это повторить. Например, «протест» против созависимости у родителей приводит к невозможности строить близкие отношения с противоположным полом. Как и в первом случае не происходит переработки и творческого усвоения родительского опыта, вследствие чего он остается проблемным. Здесь «вместе с водой выплескивается и ребенок», вместе с созависимостью искореняется всякая близость, как риск попасть в зависимые отношения. Происходит формирование сценария по принципу «подобия-антиподобия» вместо развития собственного наилучшего для данного человека сценария, не говоря уже о личностной автономности, свободной от сценарного поведения.

7. Трансгенерационная передача. В проблемно-стабильных семьях происходит нарушение коммуникации между поколениями, что приводит к тому, что ресурсные послания из глубин рода не проходят, а проблемные, наоборот, навязываются потомкам, которые не могут от них избавиться. Это можно объяснить общей дисгармоничностью семейной системы, где нарушается равновесие отношений. Примером может служить так называемая «исключенная фигура», которая может быть рассмотрена как ресурсная, дающая разрешения или возможность принятия каких-то ценностей, которых не хватает для развития гармонии (заблокированы ресурсы рода). Другой пример – идентификация с какой-либо фигурой, что заставляет повторять неблагоприятные особенности его судьбы, вплоть до родовых проклятий (синдром семейных повторений [11]).

Гармоничность семейных отношений предполагает и гармонию функционирования информации в семейной или родовой системе, осознанность и проясненность связей, отсутствие семейных тайн. Личность в такой системе может быть автономной, то есть свободно использовать родовой опыт, творчески отбирая то, что необходимо для собственной самореализации и отбрасывать то, что вредит психологическому здоровью. Личностная автономия предполагает отсутствие «парадоксального баланса», так как он является формой сценарного поведения, предоставляя узкие рамки и шаблоны для семейных отношений, вместо творческого их развития.

Семейные отношения являются важнейшей сферой самореализации личности [12]. В силу этого психотерапевтическую помощь семье нужно рассматривать как необходимую составляющую всей системы мер, способствующих совершенствованию этого общественного института. Прогрессом развития проблемно-стабильных отношений, несомненно, является разрешение основных семейных проблем и переход семьи в разряд хотя бы относительно гармонично-стабильной. Но возможно такое развитие отношений, когда одни члены семьи личностно вырастают, и их перестает удовлетворять парадоксальный баланс, а другие не хотят менять сложившуюся ситуацию из-за потерь выгоды от эксплуатирования семейной проблемы. Согласно теории семейных систем [13] семейная проблема не может быть решена на локальном уровне, в ее решении должны участвовать все члены семьи. В противном случае для семьи есть риск перейти в разряд распадающихся, ибо нарушенный баланс перестает сдерживать центробежные конфликтные тенденции. Хорошо это или плохо – непростой вопрос, особенно в случаях, когда распад семейных отношений происходит вследствие изменений внутрисемейной ситуации после курса психотерапии. В каждом конкретном случае нужно делать свой анализ и собственные выводы. Не нужно спешить объявлять психотерапевтический процесс неудачным после решения супругов развестись, если обнаружится, что брак удерживался психологическими играми, манипуляцией чувства вини или страхом, которые были причиной не только психологических страданий, но и соматического нездоровья членов семьи.

Выводы:

1. Существуют разные типы проблемных семей, среди которых особый интерес представляют так называемые проблемно-стабильные семьи, стабильность которых создается за счет ряда центростремительных тенденций, удерживающих семью от распада. Проблемно-стабильные семьи – это семьи, имеющие хронические нерешаемые проблемы, которые, тем не менее, не приводят к распаду семейных отношений. Семейная проблема – своего рода фактор стабильности этих семей, она нужна для каких-то целей функционирования семьи (поддержание семейного мифа, «решение» проблемы как фактор сплочения, подтверждение сценарных убеждений членов семьи и семейных стереотипов и т. д.).

2. Одной из характерных особенностей таких семей является уравновешивание крайностей в балансе семейных взаимоотношений, широкая амплитуда различных проявлений функционирования семьи, получившая название «парадоксальный семейный баланс». Такой баланс является непродуктивной формой адаптации семьи в условиях семейной дисгармонии.

3. Психотерапевтическую помощь проблемно-стабильной семье нужно осуществлять комплексно; она должна быть ориентирована на всех членов семейной системы, основываться на выработке альтернативных форм семейных взаимоотношений, прояснении особенностей деструктивных форм балансирования крайностей с последующим отказом от них и формированием продуктивных форм жизнедеятельности семьи.

4. Без такой формирующей психотерапевтической помощи, направленной на формирование гармоничных («непарадоксальных») способов взаимодействия, коррекция «парадоксального семейного баланса» может привести к преобладанию центробежных тенденций и отсутствие такой скрепляющей основы (пусть даже и основанной на крайностях) может спровоцировать распад семейных отношений. Баланс может быть нарушен с такими же последствиями и в случае локальной психотерапии отдельных членов семьи и нерешение проблем другими. Для эффективного результата необходимо соблюдение основных принципов системной семейной психотерапии, рассматривающих семью как целостного субъекта психотерапевтического процесса.

 

Литература

  1. Берн Э. Игры, в которые играют люди. Психология человеческих взаимоотношений; Люди, которые играют в игры. Психология человеческой судьбы: Пер. с англ. – М.: Прогресс, 1988. – 400 с.
  2. Горностай П. П. Сильная женщина, слабый мужчина? (Семейные игры и сценарии) // Наукові студії з соціальної та політичної психології. Вип. 9 (12). – К., 2005. – С. 3–14.
  3. Браун Дж., Кристенсен Д. Теория и практика семейной психотерапии: Пер. с англ. – СПб.: Питер, 2001. – 352 с.
  4. Витакер К. Полночные размышления семейного терапевта / Пер. с англ. – М.: Независимая фирма «Класс», 1998. – 208 с.
  5. Пезешкиан Н. Позитивная семейная психотерапия: семья как психотерапевт: Пер с англ., нем. – М.: Смысл, 1993. – 332 с.
  6. Сатир В. Как строить себя и свою семью: Пер. с англ. – М.: Педагогика-Пресс, 1992. – 192 с.
  7. Семья в психологической консультации: Опыт и проблемы психологического консультирования / Под ред. А. А. Бодалева, В. В. Столина. – М.: Педагогика, 1989. – 208 с.
  8. Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. Психология и психотерапия семьи. – СПб.: Питер, 1999. – 656 с.
  9. Steiner C. M., Perry P. Achieving emotional literacy. – L.: Bloomsbury, 1999. – 235 p.
  10. Boszormenyi-Nagy I., Spark G. V. Invisible loyalties. – N. Y.: Harper & Row, 1973.
  11. Шутценбергер А. А. Синдром предков. Трансгенерационные связи, семейные тайны, синдром годовщины, передача травм и практическое использование геносоциограммы. – М.: Изд-во Института Психотерапии, 2005. – 240 с.
  12. Коростылева Л. А. Психология самореализации личности: брачно-семейные отношения. – СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2000. – 292 с.
  13. Теория семейных систем Мюррея Боуэна. Основные понятия, методы и клиническая практика // Под ред. К. Бейкер и А. Я. Варги. – М.: Когито-Центр, 2005. – 496 с.

 

К общему списку публикаций

 

Назад